СРОЧНО В МАССЫ
  ВЕСТИ: Женский клуб "КИНЕФ-Сургутнефтегаз" - 15 -ти кратные чемпионки России!  МНЕНИЯ:  Александр Клеймёнов ... ЧЕМПИОНАТЫ:   Мужской клуб "Спартак-Волгоград" 12-ти кратный Чемпион России!    ТРАНСЛЯЦИИ:    Игры сборных России в Мировой лиги-2016. МЫ  работаем ДЛЯ Вас !  Сайт "ИВАН" приветствует поклонников игры на воде!  СКОРО:  "Финал четырех" Евролиги состоится 28-29 апреля в Киришах. Женские клубы.
 

« Архив »




Сергей Гарбузов: "Любой вид спорта – прежде всего для зрителей"

    K800_ABC_2353.JPG

Сергея Гарбузова никогда не было в волгоградском «Спартаке». Но это тот игрок, которого каждый тренер хочет видеть в команде. Настоящий лидер. Он никогда не сдается и обладает богатейшим арсеналом ватерпольного вооружения: сумасшедшим кистевым броском, хорошей скоростью, отменным видением поля, умением отдать своевременную тонкую передачу и разрушить контратку соперника, ну и железными нервами. В финале Кубка России-2011 победителя определяла серия пенальти. Точно исполненный Гарбузовым пятиметровый бросок принес «Штурму-2002» долгожданный трофей, который Сергей, как капитан команды, и получил затем на бортике волгоградского бассейна. Да-да, в финале тогда подмосковная команда одолела волгоградских спартаковцев, которые в 2012 году оказались уже непобедимы.


- Вы знаете, - начал разговор Сергей Гарбузов, - когда в прошлом году «Штурм-2002» выиграл Кубок России, я плакал. Не испытывал подобного чувства, наверное, с Сиднея, когда российская сборная завоевала серебряные медали Олимпиады. Сезон 2010/2011 для подмосковной команды был очень удачным, даже не в плане наград, а в плане внутриколлективной атмосферы. Зорану Масловару удалось сплотить всех ребят. Поэтому когда мы завоевали кубок, мы были счастливы. Ради таких моментов я и играю, а не для очередной железки на ленточке. Это здорово - видеть счастливые лица партнеров, обливать друг друга шампанским...

- Кстати, сколько вмещается литров шампанского в кубок страны?

- Если честно, так и не знаю. Мы влили в него очень много, и он был не полон. К тому же кубок протекает. Залепили его жвачкой, но шампанское все равно уходило...

- Вас никогда в «Спартак» не звали?

- Звали. Первый раз, когда Рома Балашов в Волгоград перебрался. Была у меня возможность приехать, но очень не хотелось покидать Москву. Это стало определяющим фактором. Были и потом предложения. Однако «Спартак» - это уникальная команда, которая, можно сказать, играет без тренера. Ребята столько лет вместе, знают друг друга наизусть, переходить в такой коллектив сложно. Был я в подобной ситуации. Когда тренер не решает ничего, в определенный момент наступает хаос.

- Вам удалось поработать под руководством самых одиозных наставников России: Александра Кабанова, Майта Рийсмана...

- Майт Рийсман сложный человек. Но на играх он всегда выкладывается полностью. Вот последний пример. «Штурм-2002» играл с «Динамо-ЦСП», где Рийсман сейчас является одним из руководителей команды. Майт Аугустович стоял под трибунами. Когда арбитры назначили угловой, я, кстати, не знаю, был ли на самом деле корнер или нет, но Рийсман посчитал, что не было, так он чуть в воду не прыгнул вместе с судьей. Может быть, это глупо выглядит для болельщиков, но для игроков это важно, что руководство за тебя готово голову сложить. Несмотря на разные конфликты, к Александру Сергеевичу Кабанову я тоже с благодарностью отношусь. Он умел работать с молодыми ребятами, давал играть и за какие-то огрехи не снимал им голову. Просто объяснял, в чем ошибки, и пускал играть дальше, а не сажал на бортик, типа гляди и учись. Может быть, потому мы и были такие наглые и злые в спортивном плане, что нам тренер доверял и мы хотели проявить себя как можно ярче.

- А кто из иностранных специалистов вас впечатлил?

- Могу сказать так: от всех тренеров, с которыми работал, я от каждого очень много взял. От кого-то то, что нужно, от других наоборот, понял, как делать не надо. Мне очень понравилось работать с Зораном Ройе, который руководил хорватским «Приморьем». Его тренировки были разнообразны как технически, так и тактически. За два года он дал мне неоценимое. Я стал понимать, что водное поло - это не просто командный вид спорта, это система. Импровизация в нем может и должна быть, но она обязана быть подготовленной, то есть творить нужно внутри каких-то базовых комбинаций. Кстати, Ройе потом приглашали в «Штурм-2002», но что-то не срослось. А в 2001 году я специально уехал во французский «Марсель», чтобы поработать под началом известнейшего сербского специалиста Николы Стаменича, который возглавлял сборную Югославии, воспитал таких звезд мирового водного поло, как Савич, Шапич, и многих других. Я был наслышан, что Стаменич очень жесткий тренер, можно сказать, жестокий, особенно в плане дисциплины. Игроки должны были все делать только по его команде: в воду по свистку, на обед - парами, пока тренер не кивнет, из-за стола вставать нельзя, и все в таком духе. Если честно, я не думаю, что такой контроль должен быть над мужчинами, которым уже под тридцать лет. После года сотрудничества с этим специалистом осталось двоякое впечатление. С одной стороны, он заложил нам такую физическую базу, что когда мы со Стратаном, который выступал вместе со мной за «Марсель», прибыли в расположение российской сборной, нам казалось, что мы летаем. Swim like you fly - плавать, как летать, это была любимая поговорка Стаменича. В клубе не было спортивного зала, поэтому все тренировки проводились в бассейне, мы проплывали каждый день порядка 8-10 километров. У нас не было выходных, шесть дней двухразовые тренировки, а по субботам матчи чемпионата Франции. Но даже в день игры на разминке мы проплывали по 3-3,5 километра. Было очень тяжело. Появились мешки под глазами, начали выпадать волосы, слоиться ногти, нервов уже ни на что не хватало... Но это окупилось. Следующий год мы провели на одном дыхании, и сборная сыграла как никогда удачно, выиграла Кубок мира и Мировую лигу.

С другой стороны, в тот год у Стаменича начала прогрессировать какая-то болезнь, и он принимал лекарства с сильным успокоительным эффектом. Нам про него рассказывали, что он стулья в игроков бросал, если что-то было не так, а мы проигрывали, пропускали глупые голы, но он только тихо сидел и наблюдал за нами с мученическим лицом. Было заметно, что ему не очень хорошо. В принципе это стало одной из причин, по которой я уехал из Марселя. Потом жалел. Может быть, где-то и сейчас жалею, что уехал из этой чудо-страны, из этого чудо-города.

- Вы провели во Франции всего сезон, как вам показался местный чемпионат, чего добились?

- «Марсель» в тот год стал вице-чемпионом Франции, уступил только «Олимпику» из Ниццы, в котором играли сразу девять иностранцев. Неплохая команда «Страсбург» была, но уровень чемпионата страны, конечно, не самый высокий.

- Волгоградский бассейн «Спартак» у ватерполистов является чуть ли не притчей во языцех, как самый плохой в мире. Но насколько я наслышана, во Франции водные арены также далеки от совершенства.

- Старый волгоградский бассейн - это ужасный курятник, ангар, не знаю, как его даже назвать. В нашей стране он точно самый худший, где мы играли. Но как-то раз в Хорватии, по-моему, в Шибенике, попал я в один бассейн при отеле, так там была просто катастрофа. Маленький, убитый, с плесенью и хлорированной морской водой температурой в 33 градуса. После пяти минут плавания глаза можно было вынимать и класть на борти, они уже были не нужны, потому что ты ничего все равно не видел. А в Марселе был открытый бассейн, так зимой вечером вода там была ледяная, видимо, на подогреве экономили. Но в дальнейшем, говорят, сделали в этом бассейне реконструкцию, накрыли крышей. Правда, я там с тех пор не был.

- Для ватерполистов очень важно, какой температуры вода в бассейне?

- Да. Если вода холодная, у тебя мышцы задеревенелые, трудно двигаться, травм больше случается. Ну и само собой, когда холодно -просто противно. Прыгаешь в воду, а тебя всего трясет. Сильно теплую воду я тоже не люблю. Мне кажется, идеальная температура - это 27, максимум 28 градусов. В новом волгоградском бассейне вода хорошая, комфортная.

- Марсель - это был ваш второй выезд за границу. Расскажите о первом опыте работы за рубежом, в хорватской Риеке.

- В середине девяностых в нашей стране, как вы помните, жизнь у многих была не сахар. В то время мы в клубах получали копейки, около 35-50 долларов в месяц. Что-то еще было от сборной, плюс помогали родители. Поэтому я не раз порывался уехать играть за границу, чтобы заработать. В первый раз мне поступило предложение в 1996 году, после Олимпиады в Атланте, от венгерского тренера. В Венгрии тогда была такая практика, что предлагали легионерам не слишком высокую зарплату, но полностью оплачивали проживание, питание. Если бы я уехал, то жил бы на полном довольствии и при этом ознакомился бы с иной школой водного поло. Мне это было очень интересно. Но Кабанов сказал: югославы, хорваты, кто угодно, только не венгры. Венгры - это отстой.

- Подождите, венгры - многократные олимпийские чемпионы!

- Да, но на тот момент они двадцать лет ничего не выигрывали. Это уже потом сборная Венгрии победила на Играх в Сиднее, Афинах и Пекине. В общем, остался я в ЦСКА еще на год. Затем меня звали в словацкий клуб, где играли два моих украинских товарища: Вадим Скуратов и Александр Потульницкий. В том сезоне словаки даже пробились в «Финал четырех» Лиги чемпионов, у них была довольно сильная команда. Но в очередной раз от Кабанова я услышал: если хочешь играть в сборной, то должен выступать за ЦСКА.

- То есть он просто хотел сохранить вас в команде?

- Наверное да. А может, просто опасался, что я еще молод для того, чтобы уезжать за границу. Неизвестно же, как бы я там себя повел, может, пропал бы как игрок для сборной. Впрочем, я и сам понимал, что Словакия - не ватерпольная держава. Я мог бы выиграть в финансовом плане, но в мастерстве бы точно не прибавил, все-таки чемпионат в Словакии слабый. Ну а в 1997 году из «Приморья» в «Динамо» вернулся мой хороший друг Сергей Евстигнеев, которому хорваты поручили найти взамен себя какого-нибудь русского игрока.

- А почему принципиально русского?

- В то время русские игроки очень ценились, сборная выступала хорошо, на всех турнирах в призерах была.

- Кроме Олимпиады в Атланте...

- Сейчас эту историю не хочется вспоминать. Думаю, если бы не произошел конфликт между ведущими игроками и национальной федерацией буквально за три месяца до начала Олимпиады, то мы бы обязательно завоевали медали. Но в итоге в Атланту не поехали Сергей Маркоч и Дмитрий Апанасенко, хотя на них строилась вся игра. Команда лишилась лидеров, а молодые ребята оказались не готовы взять на себя все бремя ответственности. Мы проигрывали матчи в один мяч. Очень обидно было.

- В общем, с легкой руки Евстигнеева вы попали в «Приморье». Как вам показалась жизнь в Хорватии?

- Уезжал я оттуда со слезами, это правда. Тяжело было прощаться с ребятами, тренерами, страной. Жизнь там была прекрасная. Пять минут пешком до бассейна, бассейн на берегу моря... Правда, купался на Адриатике я не часто - ватерпольный сезон приходится на осень-весну, море в это время уже холодное. Врезалось в память другое - дома в Риеке в основном обогреваются печками, и зимой над морем постоянно сладкий дымок витал.

- Что заставило вернуться в Россию?

- Во-первых, на Балканах тогда начался кризис. Во-вторых, это был предолимпийский год, 1999-й, и хорватские клубы начали возвращать своих игроков, чтобы дома их готовить к Олимпиаде. В такой ситуации целесообразней было и мне возвратиться домой

- Но вернулись вы не в родной ЦСК ВМФ, а в столичное «Динамо», почему?

- У команды на тот момент появился солидный спонсор, обещали хорошую зарплату. К тому же, уезжая из ЦСК ВМФ, я с Кабановым расстался не слишком тепло, и у меня не было желания второй раз наступать на грабли.

- Ваши взаимоотношения с Кабановым как-то отразились на вашем положении в сборной?

- Я был до последнего уверен, что это как-то скажется на выборе состава для поездки в Сидней. И для меня стало огромным сюрпризом, что все прошло легко, гладко и тепло. И сейчас мы очень хорошо общаемся, нет никакой натянутости. Может быть, просто период такой был, я был молод и горяч.

- Что для вас национальная сборная? Как вы считаете, почему уже второй цикл российская команда не может квалифицироваться на Олимпиаду?

- Когда я попал в сборную - для меня это была огромная честь. Играть рядом с Маркочем, Апанасенко... Мы играли за идею, денег тогда сборники особых не получали...

- А что же случилось потом? Почему после «бронзовой» Олимпиады в Афинах, все ведущие ватерполисты сборной вдруг отказались выступать?

- Мы не отказывались, просто попросили отсрочку. Очень тяжелый сезон выдался и физически, и психологически. Поэтому после Олимпиады-2004 я попросил у Кабанова передышку, а затем и другие игроки. Ну а молодежь, которая пришла, не смогла заменить «отпускников». Так и начался развал сборной. Смена поколений в нашей команде прошла очень болезненно.

- Через некоторое время ведущие игроки все-таки вернулись в сборную, но результаты у команды так и не улучшились.

- Вы имеете в виду чемпионат 2007 года в Мельбурне? Думаю, если бы основной наш центральный нападающий Реваз Чомахидзе согласился поехать в Австралию, мы бы выступили лучше. Но если честно, обстановка тогда в команде была не позавидуешь. На контрольном турнире в Новой Зеландии мы выступали вообще без вратарей. Заболели оба голкипера, Александр Федоров с температурой под сорок свалился. В итоге в воротах за нас стоял новозеландский мальчик лет 17-18. Кому расскажешь такое, будут смеяться. Причем мальчик оказался не промах, даже в драке за нас бился в матче с канадцами. Ну а на чемпионат мира пришлось ехать Егору Расторгуеву, который в то время не мог сравниться еще ни с Федоровым, ни с Ильей Смирновым. Получилось так, что вратарская линия оказалось слабой, и нападение оставляло желать лучшего. Наше возвращение прока не дало. Но даже если бы мы выступили лучше, смена поколений в сборной все равно должна была быть. А ее как не было, так и нет. Мне кажется, что новые ребята, пришедшие в сборную, не совсем понимают, что национальная команда - это торговая марка. Ели ты ярко себя в ней проявишь, то на тебя будет спрос в мире, получишь предложение играть в лучших командах планеты, повысишь свое мастерство. Однакко многие думают не так. Они считают: «Зачем уезжать куда-то? Зачем выступать за сборную? Мне и в клубе неплохо. У меня и так все есть...». Да, в нынешней России все шоколад.

- Это действительно так, что уровень зарплат ватерполистов в нашей стране на порядок выше, чем в остальной Европе?

- Да. Исключение только итальянский «Про Рекко», в котором зарплаты вообще заоблачные для нашего вида спорта, и хорватский «Приморье». У этих клубов один хозяин, итальянский магнат Габриэле Вольпи. Поэтому многие европейские ватерполисты спят и видят, когда же в России отменят лимит на легионеров. Думаю, если бы мы открыли двери для иностранцев, то в нашем чемпионате играли бы все сильнейшие.

- Как это уже было в начале двухтысячных, когда мы увидели Шапича, Савича, Соро, Гойковича, Крстоношича, Икодиновича и многих других, всех уже не упомнить. Кто, на ваш взгляд, был сильнейшим легионеров в российском чемпионате?

- Не хочу никого из них обидеть, со всеми поддерживаю дружеские отношения. Просто когда, скажем, ватерполист N играет против тебя за другую команду, то кажется, что он лучший. А когда он вместе с тобой тренируется в одном клубе, то создается впечатление, что он такой же, как все. Сложно дать объективную оценку. Но про Шапича могу сказать, что это великий игрок, очень грамотный, очень сильный, я многому у него научился. Правда, Александр весьма тяжелый человек в плане общения, потому что ярый индивидуалист. Дня него не существует такого понятия, что команда - это одно целое. Сейчас Шапич активно занимается в Сербии политикой, с водным поло завязал. А вот Деян Савич, который капитанил в казанском «Синтезе», ныне работает тренером в белградской «Црвене Звезде». Савич был очень хорош. Так же, как и его партнер по «Синтезу» в то время Данило Икодинович. Конечно, болельщики, больше ценят тех, кто много голов забивает, но мне кажется, что Икодинович был одним из лучших не только в российском чемпионате, но и в составе сборной Сербии. Если бы не злосчастная авария, накануне Олимпиады в Пекине... Данило разбился на мотоцикле, несколько недель был в коме, а его правая рука бездействует до сих пор. Кстати, я считаю, что лимит на легионеров в России не оправдал себя, это было глупое решение, хотя в федерации утверждали, что зарубежные игроки мешают развиваться российской молодежи. Сколько уже команды играют с одним иностранцем? Пять лет. За это время наша молодежь как-то значительно прибавила, вышла на лидирующие позиции, чего-то стала добиваться на международной арене? Незаметно. Да просто юношам теперь не у кого учиться. Возрастные игроки заканчивают карьеры, те, кто сейчас играют, сами толком ничего не умеют, чтобы кого-то учить. Я не считаю, что иностранцы в нашем чемпионате портили картину, отнимали чьи-то деньги. Здоровая конкуренция должна быть всегда и везде. А сейчас получается так, что из-за дефицита российских ватерполистов, многие игроки, которые не представляют из себя вообще ничего, заламывают за свои услуги такую цену, что в Европе смотрят на это и за голову хватаются - как же можно такую зарплату платить игроку, который толком ничего не умеет. Но клубы вынуждены раскошеливаться, потому что им нужно заткнуть дырку на позиции, и именно русским игроком.

- Если игроки-легионеры были задействованы в трех командах: «Штурме-2002», «Синтезе» и «Динамо», то вот иностранный тренер трудится только в подмосковном клубе...

- Идея того, что «Штурму-2002» нужен заграничный специалист, назревала давно. С командой успели поработать отечественные тренеры Бойко, Пивоваров, Кабанов, Огородников... Надо сказать, что команда всегда была в призах, хотя в 2002 году в этот проект мало кто верил. Но у коллектива не было развития, играли в основном за счет проверенных бойцов. Сначала хотели позвать Ройе, но не получилось. Через Шапича возник вариант с Петаром Поробичем, который возглавлял сборную Черногории. Не могу сказать, что Поробич - это лучший вариант, но на данный момент в России нет специалиста, готового возглавить топ-клуб.

- Вот мы и подошли к главной боли отечественного водного поло - отсутствию кадров.

- А откуда они возьмутся? У нас ничего не делается для развития водного поло. Все заточено для получения денег. В свое время югославы, в дальнейшем разбившиеся на хорватов, сербов, черногорцев, боснийцев и македонцев, абсолютно все взяли из нашей советской школы плюс добавили что-то свое. И они гнут эту линию. Детские тренеры там тоже получают не слишком высокую зарплату, но школы работают. Причем работают на пять с плюсом. В первый год они учат детей плавать. Во второй дают азы техники, в третий - усложняют задания и так далее. Каждый сезон они учат ребят чему-то новому. А у нас? Родители привели детей, тренеры собрали плату за месяц, бросили детям мячик и все - делайте что хотите. Вот сейчас приходят в команду ребята физически здоровые, некоторые неплохо плывут, удары сумасшедшие - штанги трещат, но они абсолютно неподготовлены в техническом и тактическом плане! Когда заходит разговор о построении атаки, игре в зонах, они просто не понимают, о чем речь. К счастью, встречаются такие наставники, как Зоран Масловар, который возглавлял «Штурм-2002» в прошлом сезоне. Он просто создан для такой работы: готов по пятьдесят тысяч раз спокойно объяснить одну и ту же вещь, и в итоге до ребят доходит.

- Но двадцатилетнему парню, наверное, сложно поставить технику?

- Все правильно, этому надо учиться с детства. Можно объяснить взрослому игроку, что он делает неправильно технически. Он поймет и на тренировках будет все исполнять так как надо. Но во время игры, когда стресс, когда на принятие решения - доли секунды, мозг отключается и работает мышечная память. Тогда все ошибки вновь выходят на поверхность.

- Вы один из самых возрастных игроков в чемпионате России, какие чувства вызывает этот факт?

- На самом деле я вспоминаю про возраст только тогда, когда мне напоминают про него.

В физическом плане, тьфу-тьфу, силенок пока хватает, а вот в психологическом иногда бывает трудно заставить себя что-то делать на тренировке. Понимаю, что повторение - мать учения. Но то, что для молодых игроков в новинку, я знаю давным-давно.

Кстати, поначалу, когда ребята приходили на тренировки, то говорили мне: здравствуйте, дайте, пожалуйста, мяч... Но я быстро это пресек. Пока мы играем вместе, никаких «Вы» не хочу слышать. Даже после завершения карьеры игрока, если я вдруг начну работать тренером и ребята станут называть меня Серега, то не буду особенно против. Главное, чтобы уважали. Я помню, когда попал в ЦСК ВМФ, для меня непререкаемыми авторитетами были Александр Огородников, Дмитрий Дугин, Юра Смоловый, Коля Козлов... Коля, хоть и был всего на два года старше, но уже побывал на Олимпиаде, где завоевал бронзовую медаль. Все, что они говорили, мы старались выполнять. А сейчас скажешь что-нибудь молодому, тебе в ответ столько прилетит слов...

- Вам не кажется, что из-за ужесточения правил мужское водное поло в последние годы значительно потеряло в зрелищности?
- Согласен. А еще мне кажется, что водное поло - единственный командный вид спорта, где все решают арбитры. То есть главные действующие лица матча - не игроки, а судьи. Как им вздумается, так они и делают. Взять хоккей, футбол, мы часто видим, что игрок может даже пререкаться с судьей, и не получить за это штрафа. У нас же, если ты косо посмотришь на арбитра, или ему покажется, что ты про него плохо подумал, можно сразу схлопотать удаление до конца игры. Это бред полный. Или тот же запрет драк и жесткой игры. Может, травм и меньше стало, но игра теперь очень уж пресная.

- Травмы сильные случались при контактах в воде?

- Разбитые носы, рассечения, проломленные височные кости... А на Олимпиаде в Афинах, по-моему, хорватский игрок Барач получил удар коленом в область живота. В итоге у него оказалось сломано ребро, это ребро пробило легкое, и человек едва не умер. Травмы бывают, но это наша работа, наш хлеб. Боксеры, которые выступают нав ринге, тоже ломают друг друга, но люди специально ходят на это посмотреть.

- Как можно поднять интерес зрителей к водному поло?

- Для начала не проводить соревнования в будние дни в десять часов утра! Я считаю, что любой вид спорта - он прежде всего для зрителей, для болельщиков. И это должны учитывать руководители федерации и клубов. Взять последний Кубок России, который состоялся в Волгограде. Я не знаю, кому он нужен был. Игрокам, судьям? Или просто надо было галочку в федерации поставить, что турнир проведен. Мы начинали играть в будни в 10 утра. Во время матча «Штурм-2002» - «ЦСП-Измайлово», который был в среду, на трибуне сидело всего пять человек, из них я, наш начальник команды, оператор и человек из букмекерской конторы, который сообщал ход игры. Все. Но даже если бы матч состоялся в выходные, то думаю, мало бы желающих нашлось подниматься рано утром и ехать в бассейн, особенно после тяжелой рабочей недели.

- А как вы относитесь к запрету легкого алкоголя на спортивных мероприятиях?

- Очередной бред. Если кто хочет выпить, он все равно это сделает и придет на матч обозленный, что ему пришлось в кустах бутылку допивать. Или не придет, потому что лучше останется дома с пивом и рыбой и посмотрит матч по телевизору. Если спорт для зрителя, то необходимо сделать все, чтобы он с удовольствием ходил на стадион или в бассейн, нужно делать шоу. К тому же продажа еды и напитков - очень хороший доход для клуба. Как-то мы были со «Штурмом-2002» на сборе в Канаде и пошли на американский футбол. Матч длился четыре часа, из них игровое время составило около часа. Просто все просчитано: сколько хот-догов съедают за это время на трибунах, сколько напитков выпивают. После каждой пробежки в матче наступает перерыв: на поле устраивается короткое шоу, какой-нибудь игрок в микрофон дает интервью, а в этот момент по рядам начинают ходить коробейники и продавать фаст-фуд, клубную атрибутику, различные сувениры.

- У российских ватерпольных клубов даже атрибутики своей нет, купить ее в магазинах невозможно.

- А я не знаю, почему этим никто не занимается. Клубы должны учиться зарабатывать сами. Надо и билеты на матчи продавать. А то получается, что команды существуют на бюджетные средства, и в ус не дуют. Нельзя профессиональным спортсменам жить на деньги налогоплательщиков. Я думаю, что если сделать из ватерпольных матчей хорошее шоу, начинать их в удобное время, рекламировать, условия хорошие создать для зрителей, то народ пойдет. И будет платить деньги за билеты. За футбол же платит...

- Вы не первый из игроков и тренеров, кто выказывает недовольство существующей системой в российском водном поло. Так почему бы не объединиться и не отстаивать свои интересы? Создать профсоюз по подобию НБА или НХЛ и вынудить прислушаться к своему мнению?

- Игроки «Штурма-2002» состоят в профсоюзе, который нас защищает в правовом аспекте. Но чтобы создать идейный ватерпольный профсоюз, думаю, это нереально. Хоккей, баскетбол, там совсем другие деньги крутятся. Хотя мне кажется, что ведущим ватерпольным клубам надо было бы давно объединиться и создать профессиональную лигу, независимую от федерации. Пусть сначала будут три-четыре клуба, но если все сделать грамотно, то подтянутся и другие, возможно, из-за рубежа. Нельзя молчать о проблемах российского водного поло. Нужно говорить, и говорить громко. Чтобы все слышали, чтобы все знали. Может, до кого-нибудь докричимся, пока наш вид спорта совсем не развалили.

- Если время перемен для отечественного водного поло все-таки настанет, то с чего бы вы начали перестройку?

- Для начала бы изменил систему проведения чемпионата и Кубка страны. Всего один раз, в 2008 году, у нас устроили в нормальное время кубковый турнир - в декабре. Хотя так вся Европа играет: осенью квалификация, а зимой - «финал четырех». Мне кажется, это оптимально, команды на ходу, еще не загружены. А проводить Кубок летом, когда все игроки после длинного сезона мыслями уже в отпусках, да к тому спустя всего неделю после финала чемпионата страны, это просто жестоко. У ватерполистов нет сил ни физических, ни моральных играть кубковый турнир. Да и схему проведения чемпионата поменять надо. За рубежом команды проводят по одному матчу в неделю, в субботу. Опять же это и зрителям удобно, и спортсменам. В одной игре можно выложиться полностью, а потом неделю восстанавливаться. А вот если проводишь два матча подряд, то тебе нужно беречь силы на второй день, и ты не покажешь всего того, на что способен. К тому же ватерполист, получивший какое-нибудь повреждение в игре, до следующей субботы может его залечить, а за сутки вряд ли.

- Ну и напоследок, как вы думаете, попадет ли российская мужская сборная на Олимпиаду-2016 в Рио-де-Жанейро?

- Есть хорошие молодые ребята. В «Штурме-2002», «Синтезе», «Спартаке-Волгограде». Но чтобы натаскать их к Олимпиаде, нужно сделать централизованную подготовку, чтобы тренер главной сборной выстроил вертикаль. Время еще есть, нельзя его просто бездумно тратить.

Наша справка

Сергей Гарбузов

Заслуженный мастер спорта по водному поло России

Родился 13 января 1974 года в Москве.
Серебряный призер Олимпиады в Сиднее (2000), бронзовый призер Олимпиады в Афинах (2004). Бронзовый призер чемпионата Европы (1997), бронзовый призер чемпионатов мира (1994, 2001). Победитель (2002) и бронзовый призер (1995) Кубка мира, победитель Игр доброй воли (1994, 1998), победитель игр Мировой лиги (2002). Многократный победитель и призер чемпионата России. Награжден орденом Дружбы (2001) и медалью ордена "За заслуги перед Отечеством" II степени (2005).
 

Выступал за клубы: ЦСК ВМФ Москва (1992-1997), "Приморье" Риека, Хорватия (1997-1999), "Динамо" Москва (1999-2001, 2007-2008), "Марсель" Франция (2001-2002), "Штурм-2002" Московская область (2002-2006, 2008-2012).

Источник: www.sport-rewu.ru